Меню

Атомная осень 1957 го

Трагедия, о которой никто не знал

Радиоактивные элементы природного происхождения распространены в природе, они окружают нас, находятся в наших организмах. Большинство из них сформировались еще миллионы лет назад. То, что они излучают, совершенно безопасно для здоровья и, как утверждают ученые, сыграло большую роль в возникновении жизни на планете. Но существуют также радиоактивные элементы совершенно другого типа….

Производственное объединение «Маяк», находящееся неподалеку от города Озерск, долгое время относилось к числу закрытых, засекреченных предприятий России. Не так давно завесу тайны слегка подняли, обнародовав ряд документов о его деятельности. При этом, естественно, ничего не было упомянуто об используемых технологиях и методах работы. Но как же всё начиналось?

В середине двадцатого века, а именно в 1946-ом году, в ста километрах от Челябинска около города Кыштым началась стройка промышленного атомного реактора. Совместно с этим велось сооружение радиохимического завода с красочным названием «Маяк». С самого начала это был очень засекреченный объект Министерства внутренних дел. Местные жители особо не тревожились по поводу идущего строительства. Основными рабочими были более тридцати тысяч заключённых плюс три полка военно-строительного отделения Министерства внутренних дел.

В ходе работ были нарушены многочисленные правила строительства объектов подобного рода. Руководство не заботилось об окружающей природной среде и здоровье проживающих поблизости людей. Важно было лишь выполнить заказ государства. К завершению строительства прибыл сам академик Курчатов, который лично отдавал указания по заполнению реактора ураном.

В результате на территории предприятия было создано сложное химическое производство. В ходе его работы вырабатывалось немалое количество радиоактивных отходов в твердом и жидком состоянии. В них содержалось огромное число остатков стронция, урана, плутония, цезия, а также некоторых других радиоактивных элементов. Реактор начал функционировать в июне 1948 года, но следом за пуском сразу стряслась авария. Произошел неконтролируемый автоматический выброс радиоактивных элементов в атмосферу. В последующие годы подобное происходило достаточно часто, к трагедии 1957-го территория вокруг комбината «Маяк» была уже прилично заражена.

Любопытно, но еще до пуска «Маяка» высшее руководство допускало вероятность аварий, влекущих за собой человеческие жертвы, предполагая, что начальство на «местах» будет к этому готово. Сценарии аварий вместе с погибшими в них планировались и просчитывались заранее, например, сколько будет жертв в квартал, а сколько в год. Разумеется, все расчеты были неофициальными и за закрытыми дверями. Очевидно, заранее было решено, что вина за подобные инциденты будет возлагаться на рабочих. И вряд ли в запланированные списки жертв внесли ликвидаторов последствий этих аварий и мирное население.

В самом начале радиоактивные отходы отправляли прямиком в реку Теча, на которой и был построен комбинат. Но как только начали умирать люди, жившие в домах по обеим берегам реки, было принято решение сливать в нее только низкоактивные отходы. Среднеактивные стали утилизировать в другой водоем – озеро Карачай. Но большинство отходов были высокоактивные. Их хранили в особых емкостях из нержавейки – «банках», которые находились в подземных бетонных хранилищах. Данные емкости очень сильно грелись из-за активности размещенных внутри них радиоактивных материалов. Во избежание перегрева и взрыва их охлаждали водой. Каждая «банка» имела свою собственную систему охлаждения, объединенную с системой контроля состояния содержимого.

Несмотря на то, что оборудование ликвидировали, без измерения уровня радиоактивности было не обойтись. Поэтому регулярно из реки Течи брали на исследование воду. Результаты измерений и исследований заносились в соответствующие журналы. Сегодня по оставшимся от мониторинга данным исследователи устанавливают истинные цифры и значения многих засекреченных показателей.

В пятидесятых годах самым страшным излучением радиации считали внутреннее, лишь позднее оказалось, что бояться необходимо непосредственно внешнего, наиболее мощного гамма-излучения. В то же время слово «радиация» было запрещено даже произносить, все связанное с этим было под строжайшим запретом. Даже первые лица области избегали данного термина. Когда в реке Теча стала появляться мутированная (слишком крупная и жирная) рыба, областной комитет партии приказал отправлять ее в свою столовую. Более двух лет областная «верхушка» питалась радиоактивной рыбой. Если даже члены партии не знали ничего, то, что говорить о простых людях.

Как выяснилось позже, мутации происходили не только с рыбой. Чего стоит одна история с так называемым «Кыштымским гуманоидом». Его обнаружили в поселке Каолиновый, находящийся рядом с Кыштымом, то есть в районе действия «Маяка». Генетический анализ показал: «По пятнам крови на образце ткани установлена ДНК человека. Согласно анализу – это раньше времени родившийся младенец с многочисленными физическими отклонениями». Инопланетная версия не имела оснований, но множество вопросов всё же осталось, например, в результате чего на свет появилось это существо? Сегодня ответ, конечно, очевиден. Дети-мутанты рождаются в тех местах и сегодня. Специально для них в Челябинской области создано два интерната.

14 мая 1955-го года в Челябинск прибыла особая бригада Министерства Здравоохранения СССР для исполнения специального задания Совмина. Бригада проводила медицинский осмотр людей в Бродокалмакском, Аргаяшском и Кунашакском районах.

К осени 1957 года многие измерительные приборы совместно с остальной системой наблюдения, позаимствованной у химической индустрии, пришли в негодность. В кабельных коридорах хранилища из-за высокого уровня радиоактивности работы по их ремонту своевременно не проводились. В конце сентября этого же года на одной из емкостей с отходами произошла поломка в системе охлаждения. В довершение к этому случился сбой в системе управления. Работники, которые в день аварии производили обход, обнаружили, что емкость сильно разогрелась. К сожалению уже было слишком поздно, они не успели сообщить ничего начальству. «Банка» взорвалась.

Комплекс, где находилась взорвавшаяся емкость, являлся подземным бетонным сооружением с ячейками для двадцати подобных «банок», находившихся на глубине чуть более восьми метров. Взрыв был настолько силен, что полностью уничтожил емкость, сделанную из нержавеющей стали, сорвал и отшвырнул на двадцать с лишним метров бетонную плиту перекрытия. Большая часть содержимого емкости с отходами оказалось выброшенной в окружающую среду.
Примерно двадцать миллионов кюри радиоактивных соединений попало в атмосферу. Около 90% из них осело на территории комбината. Образовавшееся радиоактивное облако из твердых и жидких аэрозолей было поднято взрывом на высоту около полутора километров. Ветер, дувший в тот день с юго-запада, со скоростью 10 метров в секунду разнес аэрозоли. Спустя пять часов после аварии радиоактивное облако проделало расстояние в сто километров, а через десять часов радиоактивный след целиком оформился. Пара миллионов кюри, впитавшиеся в землю, создали зараженную территорию, которая растянулась примерно на 350 километров в направлении на северо-восток от комбината. Радиации не хватило совсем чуть-чуть, чтобы добраться до Тюмени. Местами ширина следа достигала тридцати-пятидесяти километров. Границы зон загрязнения охватили территорию площадью двадцать три тысячи квадратных километров.

Читайте также:  Описание пейзажа осени сочинение

Со временем произошло «размывание» первоначальных границ из-за переноса радионуклидов ветром. Данной территории дали название ВУРС (Восточно-уральский радиоактивный след). Основная, наиболее загрязненная ее часть, площадью около семисот квадратных километров, приобрела статус государственного заповедника Восточного Урала. Зона данной аварии затронула территорию трех областей – Свердловской, Тюменской и Челябинской с населением более 250 тысяч человек, проживающих в 217 населенных пунктах. Результат аварии мог быть совершенно иным, если бы ветер дул в другом направлении. В этом случае серьезному заражению подверглись бы Екатеринбург или Челябинск. Но по счастливой случайности ВУРС затронул только сельскую местность.

На сегодняшний день определены основные причины трагических последствий выброса радиационных веществ. Определяющую роль сыграл режим полной секретности, ведь местным жителям даже не сообщили о нависшей над ними страшной опасности. Для ликвидации последствий выброса потребовались усилия сотен тысяч человек. Необходимо было очистить территорию промплощадки «Маяка» и остановить любые хозяйственные работы в зоне заражения. Из Челябинска, Екатеринбурга и других ближайших городов были направлены люди. Их никто не предупреждал об опасности. Мобилизовывали целые воинские части, чтобы окружить загрязненную местность. Все было под строжайшим секретом, солдатам запрещалось говорить, где они были. Подростков из деревень отправляли закапывать радиоактивный урожай голыми руками. В числе прочих творящихся ужасов существуют неоспоримые факты, что руководство комбината использовало для работ даже беременных женщин. Последствия не заставили себя ждать – по всей зараженной территории смертность резко выросла, люди вымирали целыми семьями, рождались уроды.

После аварии на «Маяке» 1957-го года было ликвидировано всего двадцать три деревни. Строения, скот, даже сельскохозяйственный инвентарь в них были уничтожены. Животные были захоронены в могильниках на специально отведенной территории, огражденной знаками радиации и колючей проволокой. Но сегодня эти могильники заброшены и забыты. Они не охраняются, никакого анализа подземных вод и почвы не проводится. Помимо этого существует множество спонтанных, не обозначенных на местности кладбищ скота, потому что на выделенных территориях места было слишком мало. Все это будет представлять опасность для людей еще многие десятки тысяч лет.

Основная часть населенных пунктов, которая пострадала от аварии на «Маяке» – это села. Многие из них появились более трехсот лет назад. До строительства предприятия по переработке ядерных отходов большинство деревень были богатыми и зажиточными. Сегодня их население сократилось в десять раз. Чтобы выжить жителям приходиться заниматься сельским хозяйством на загрязнённых территориях. В реках зараженных радиоактивными отходами они поят скотину, купаются и ловят рыбу. Большая часть радиации, поступающая в организм людей в этих местах – это молоко и мясо птиц и домашних животных, а также питьевая вода.

Весной во время половодья река Теча затопляет поля. Оставшийся радиоактивный ил после ухода воды становится удобрением для посевов. На выросших радиоактивных лугах пасется скот местных жителей. Денежная компенсация за существование на радиоактивной территории ничтожна. На эти деньги нельзя позволить себе купить необходимые лекарства или отправиться в Челябинск провести дорогостоящее обследование. Возможность получить хоть какое-то возмещение от нанесенного ущерба в соответствии с нашим законодательством равно нулю.

Многострадальное село Муслюмово является одним из четырёх жилых пунктов, которые до сих пор находятся на реке Тече. В этом месте переселили только тех, кто жил у воды, запретив остальным подходить к реке. Большинство жителей Муслюмово, в том числе и дети, болеют лучевой болезнью. Многие годы атомщики делали вид, что находиться в этой деревне безопасно, если «не купаться и не ходить на речку, не пить из неё воду и не ловить рыбу».

В 1959 году появился секретный приказ о том, что из-за радиационного заражения местности жителей села Татарская Караболка нужно срочно переселить. На это были выделены немалые деньги – около восьмидесяти миллионов рублей. Название деревни пропало с географических карт, а люди остались. Об аварии и радиации они узнали лишь спустя тридцать пять лет. До 1993 года никто, даже медики, не сказали им о настоящих причинах одних и тех же болезней и частых непонятных смертей. Более половины женщин детородного возраста здесь бесплодны. Большинство семей имеют детей с отклонениями в развитии.

Больше пятидесяти лет Минатом и Минздрав совместно с высшим руководством нашей страны проводили долгий эксперимент над жителями отравленных населённых пунктов. Они могли видеть влияние радиации на беременных женщин и их детей, на здоровье людей и животных в целом, на продолжительность жизни.

С момента катастрофы прошло уже пятьдесят пять лет. «Маяк» все также функционирует, принимая отходы в виде отработавшего ядерного топлива с различных АЭС России и атомных подводных лодок. В тот момент, пока вы читаете эти строки, предприятие перерабатывает тонны радиоактивных шлаков.

Недавно Росатом объявил, что радиационный фон города Озерска в пять раз ниже чем, например, в Санкт-Петербурге или Челябинске. В это же время было принято решение засыпать озеро Карачай до состояния «зелёной лужайки», поскольку в нем накопилось больше 120 миллионов кюри радиоактивнного цезия и стронция. Однако это не решает проблему, потому что происходит постепенное радиоактивное заражение подземных грунтовых вод.

Только за девяностые годы на государственном предприятии «Маяк» произошло более двадцати аварий и инцидентов различной степени тяжести. Многие работники были облучены, некоторые погибли на месте. Выводы руководством, к сожалению, не делаются. И это самое страшное, поскольку трагедия 1957 года всегда может повториться….

Читайте также:  Цветные раскраски осенних листьев

Кузькина мать: «Атомная осень пятьдесят седьмого»

Первая крупная радиационная катастрофа произошла в Челябинской области на ядерном комбинате «Маяк» 29 сентября 1957 года. Выброс радиации при аварии 1957 года оценивается в 20 миллионов Кюри. Выброс Чернобыля — 50 миллионов Кюри. Источники радиации были разные: в Чернобыле — ядерный энергетический реактор, на «Маяке» — емкость с радиоактивными отходами. Но последствия этих двух катастроф схожи — сотни тысяч людей, подвергшихся воздействию радиации, десятки тысяч квадратных километров зараженной территории, страдания экологических беженцев, героизм ликвидаторов.

Источник

Ядерная авария на комбинате «Маяк» или «Кыштымская трагедия»

Введение

Химкомбинат «Маяк» (Комбинат №817), расположенный в городе Озёрск (Челябинская область, Российская Федерация), или же Челябинск-40 (1948-1966), или же Челябинск-65 (1966-1994), или же «Сороковка» (как город именовали его жители), широкую известность получил в СССР только в 1989 году. До этого про него знали лишь немногие. Тем более про то, что произошло на данном комбинате 29 сентября 1957 года: одна из самых больших ядерных катастроф в истории человечества. И если про события на четвертом энергоблоке на АЭС в Чернобыле 26 апреля 1986 года знает каждый школьник и житель страны, то про сентябрьские события 1957 года на секретном химкомбинате в Уральских горах известно лишь некоторым.
Скажу честно, что промышленность – это совсем не моя тема. Но так самая страшная ядерная катастрофа произошла на энергетическом объекте, то тематика таких аварий интересна и энергетикам.


В интернете есть множество ресурсов, где подробно описана данная катастрофа, в том числе на википедии и лукморье. Так что не претендую на уникальность материала, а просто изложу некоторые факты про страшную «Кыштымскую трагедию» или так называемый «Уральский Чернобыль». На самом деле, наиболее часто упоминаемое название аварии произошло от названия населенного пункта Кыштым, который находится в нескольких десятков километров от места трагедии, и являлся на момент аварии ближайшим городом ОБОЗНАЧЕННЫМ на картах. Непосредственно сам химкомбинат и его город-спутник Озерск (Челябинск-40) были секретными и на картах СССР не обозначались. Так в принципе в Советском Союзе происходило постоянно. Например, название космодрома «Байконур»: населенный пункт с одноименным названием располагался на значительном удалении от него, а были города и села намного ближе к самому космодрому. Но влияние «холодной войны», вечные попытки запутать и скрыть информацию от противников и американских шпионов, сделали свое дело.

Комбинат «Маяк»

Когда военные из США применили атомные бомбы в Японии на городах Хиросима и Нагасаки, в СССР поняли, каким решительным может быть воздействие на другие страны посредством ядерного оружия. Решено было начать исследования по данному направлению с целью создания «своей» уникальной бомбы. И уже через несколько лет ядерная программа стала №1 в стране.

После окончания Второй мировой войны, в СССР, в уральских горах, на расстоянии около 100 километров от Челябинска начали строить химическое производство. Завод получил название «Маяк». Возводился комбинат и его город-спутник обычными советскими средствами и методами, практиковавшимися в те годы. В частности использовался «добровольный» труд комсомольских «биороботов», вербовка по всей стране квалифицированных инженеров, которые не могли по доброй воле отказаться от «командировки» в Кыштым, повышенная секретность и, что не вообразимо для иностранцев, труд заключенных исправительно-трудовых лагерей на СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНОМ объекте. Научным руководителем проекта был Игорь Васильевич Курчатов, позже известный как «отец» советской ядерной бомбы.


В процессе работ по изготовлению атомного оружия не заботились ни об окружающей среде, ни об здоровье людей. Для изготовления заряда для бомбы, был запущен данный химический завод, где не только получали уран и плутоний, но и огромное количество жидких и твердых ядерных отходов, возникавших при выделении ядерных элементов. В этих отходах содержалось огромное количество радиоактивных остатков цезия, урана, стронция, плутония и других элементов.

Изначально весь цикл производства был одноконтурным, т.е. все отходы и охлаждающие жидкости после производственного цикла сливались прямо в окружающую среду: в речку Теча рядом с заводом. Вскоре в деревнях и селах на берегах реки стали болеть и умирать люди, и тогда было принято «решение» выливать в реку только низкоактивные отходы.

Отметим, что речка Теча, является притоком Оби, которая впадает в Северный-Ледовитый океан. И последствия слива радиоактивных отходов от «Маяка» находили и в океане.

Среднеактивные отходы стали сливать в бесстоковое озеро Карачай, а высокоактивные отходы утилизировать в специальных емкостях из нержавеющей стали, расположенных в специальных бетонных хранилищах. Содержимое данных емкостей из-за активности радиоактивных материалов постоянно разогревалось, поэтому для предотвращения взрыва и охлаждения содержимого приходилось принимать меры по охлаждению и контролю за состоянием данных производственных радиоактивных отходов.


Утечки «драгоценного» радиоактивного материала происходили и на самом производстве. Для их сбора использовались комсомольские «биороботы» с ведрами и губками, а также заключенные. Об здоровье постоянных работников также не сильно беспокоились, так как влияние радиации было еще не до конца известно в те годы, особенно ее влияние в долгосрочной перспективе. Боялись лишь мгновенной угрозы. По словам очевидцев, одним из показателей для «отправки» на кратковременный больничный служило постоянное кровотечение из носа или выпадение волос.

Несовершенными были и технологии, связанные с ядерными элементами, в конце 1950х годов. Так в процессе производства использовались обычные войлочные сальники в вентилях, которые постоянно протекали и разъедались от радиоактивных веществ. Применялось обычное стекло для контрольных линз, которые лопались при контакте с активными веществами. Соответственно трубы текли, стекла лопались, проводка искрила, пыль и радиоактивные вещества постоянно разносились по заводу. Но производство должно было работать круглосуточно, поэтому «кому-то» приходилось постоянно всё это ремонтировать, восстанавливать, переделывать, дорабатывать, вычищать. В итоге множество тысяч работников умерло от лучевой болезни, некоторые от рака…

Авария 1957 года

29 сентября 1957 года в 16:22 произошел взрыв емкости объемом 300 кубических метров, где содержалось около 80 кубических метров высокорадиоактивных отходов. По одной из официальных версий причины взрыва, является выход из строя системы охлаждения и как следствие разогрев и последующая детонация емкости. По другой версии, в отходы по ошибке попал раствор с содержанием плутония, при взаимодействии которого с отходами высвободилось большое количество энергии и привело к взрыву.

Читайте также:  Рисует осень мне пейзаж

Из материалов расследования официальная причина аварии звучит так: «Нарушение системы охлаждения вследствие коррозии и выхода из строя средств контроля в одной из емкостей хранилища радиоактивных отходов, объемом 300 кубических метров, обусловило саморазогрев хранившихся там 70-80 тонн высокоактивных отходов преимущественно в форме нитратно-ацетатных соединений. Испарение воды, осушение остатка и разогрев его до температуры 330 — 350 градусов привели 29 сентября 1957 года в 16 часов по местному времени к взрыву содержимого емкости. Мощность взрыва, подобного взрыву порохового заряда, оценена в 70 — 100 т. тринитротолуола».

Независимого расследования аварии не проведено до настоящего времени, и некоторые ученые считают, что на комбинате произошел именно ядерный взрыв в результате самопроизвольной реакции (версия с плутонием). До сих пор, не опубликованы технические и химические отчеты расследований данной аварии.


Мощность взрыва оценивается в 70-100 тонн в тротиловом эквиваленте (бомба, сброшенная на Нагасаки была мощностью до 18 000 тонн). Непосредственно взорвавшаяся емкость с отходами располагалась в специальном рве глубиной более 8 метров, где всего было 20 таких емкостей. Емкость была разрушена, бетонное перекрытие толщиной в 1 метр и весом около 160 тонн, располагавшееся над данным рвом, было отброшено в сторону на 25 метров. В окружающую среду было выброшено около 20 миллионов кюри радиоактивных веществ (при взрыве на Чернобыле – около 380 млн. кюри, при взрыве на Фукусиме-1 – 5-10 миллионов кюри). Около 2 миллионов кюри выбросов образовали в атмосфере облако на высоте 1-2 км от поверхности, из которого в течении последующих 10-11 часов выпадали радиоактивные осадки на протяжении 300-350 км в северо-восточном направлении.

Для ликвидации последствий аварии, фактически для того чтобы водой смыть радиоактивные вещества, на промышленных площадках химкомбината «Маяк» потребовались усилия сотен тысяч человек. Из рядом расположенных городов, в том числе из Челябинска и Свердловска, на ликвидацию последствий аварии были мобилизованы юноши и девушки, которых никто не предупреждал о том, куда они направляются, и об опасности радиации. Привозили и целые части военных, партии заключенных. Всем категорически запрещалось говорить, где они были, что делали. Детей из деревень в возрасте 7-13 лет посылали закапывать радиоактивный урожай. Для ликвидации последствий использовали и труд беременных женщин. Как итог, в Челябинской области и непосредственно в самом городе Озерске значительно возросла смертность после аварии, люди гибли прямо на работе, рождались дети с генетическими отклонениями, вымирали целые семьи…

Площадь прямого загрязнения затронула по меньшей мере 217 населенных пунктов с населением не менее 272 000 человек в Свердловской, Челябинской и Тюменской областях. Сам город Озерск не пострадал, но около 90% отходов выпали непосредственно на территории химкомбината. Далее эти отходы на обуви, одежде и колесах машин ликвидаторов активно «заносились» в город.


Были отселены в ходе ликвидации последствий аварии 27 деревень с населением от 10 до 12 тысяч человек. Строения, имущество, скот и урожай были уничтожены. По решению правительства СССР для предотвращения разноса загрязнения в 1959 году была создана специальная санитарно-защищенная зона в данном районе, где была запрещена всякая хозяйственная деятельность. Однако по информации из некоторых источников, часть деревень и хозяйств на равноудаленном расстоянии так и остались на данной территории для специальных исследований влияния радиации на людей и животных. С 1968 года на данной территории образован Восточно-Уральский государственный заповедник, который сейчас именуется как Восточно-Уральский радиоактивный след (ВУРС).

Площадь данного заповедника изначально была около 27 000 квадратных метров, однако из-за постоянного «разнесения» ветром радиации площадь данного ВУРС, пусть и незначительно, увеличивается и до сих пор.
Непосредственно мутанты и различные «уродцы», как и на территории рядом с Чернобылем, отсутствуют. По данной территории бегают множество диких непуганых животных, в том числе косуль и оленей. На территории ВУРС практически отсутствуют хвойные деревья, особенно характерные для данных широт сосны. Связано это с тем, что радиация в большинстве своем накапливается у растений в листьях и хвое, и если лиственные деревья ежегодно сбрасывают листья, то хвойные не могут такого сделать. В итоге хвоя желтеет и дерево умирает.

Заключение

Информацию про катастрофу скрыли от населения страны. Применялись даже специальные меры по дезинформированию населения: рассказывали про отблеск особенного полярного сияния. Искаженные факты об аварии постоянно описывались в западной прессе и других источниках, так как до подлинно никому не было известно о реальных фактах о данной катастрофе. Широкой общественной массе о ней стало известно лишь в самом конце 1980х годов.

Во многом, только после аварии на Чернобыльской АЭС правительство СССР поняло, что можно «рассказать» и про аварию на комбинате «Маяк». В результате аварии были и пострадавшие, и отселенные, и героические ликвидаторы последствий катастрофы. Последние до рассекречивания подробностей аварии вообще не имели никаких прав и льгот. Никто, думаю, до конца не узнает сколько человек погибло в результате данной аварии, тем более, что прошло уже почти 55 лет с момента этого страшного события. Не известно сколько из десятков тысяч ликвидаторов аварии умерло в последующие годы. Последствия загрязнения окружающей среды будут еще долго преследовать как жителей рядом расположенных районов, так и потомков отселенных жителей.

Комбинат «Маяк», уже как Производственное Объединение «Маяк», функционирует и в настоящее время. Объединение является одним из крупнейших российских центров по переработке радиоактивных металлов. ПО «Маяк» обслуживает Белоярскую, Кольскую и Нововоронежскую АЭС, перерабатывает ядерное топливо с атомных субмарин и ледоколов.


В озеро Карачай продолжают сливать радиоактивные отходы, вода нагревается, испаряется, пыль с вредными веществами разносится ветром по Челябинской области…

Источник

Adblock
detector