Меню

Бродский осень выгоняет меня

LiveInternetLiveInternet

Рубрики

  • аватарки для мужчин (5)
  • Археология — древние цивилизации (27)
  • архитектура зодчество памятники (233)
  • Афоризмы (181)
  • балет (44)
  • ваш сад (7)
  • видео (5041)
  • Всемирное Наследие Юнеско (44)
  • декупаж (1)
  • джаз (19)
  • Для блогов (27)
  • Для комментов (4)
  • для компа (36)
  • ЖЗЛ (1572)
  • животный мир (240)
  • жизнь философия мечты (49)
  • здоровье (454)
  • знаменитости (1252)
  • избранное (1667)
  • интересно (770)
  • интерьер в доме (40)
  • Искусство (667)
  • История России (1556)
  • Камчатка (216)
  • картины живопись художники (1603)
  • кино (231)
  • коллаж (17)
  • коллекции (10)
  • консервирование овощей (31)
  • Красота человеческого лица (6)
  • кулинария (234)
  • Культурное наследие России (19)
  • Кэтрин Пирс (1)
  • легенды (124)
  • мгновения жизни (2670)
  • мир непознанного магия растений (136)
  • мир фото (1554)
  • мой компьютер (1)
  • мудрости жизни (746)
  • музыка (953)
  • музыка «Китайская лечебная» (12)
  • музыка «Мантры» (35)
  • музыка «Ретро» (880)
  • музыка «Танго» (51)
  • музыка инструментальная (600)
  • Музыка классическая (496)
  • Напитки и коктейли (60)
  • Натюрморты (227)
  • океаны и моря (141)
  • опера (13)
  • оперетта (2)
  • оперетта (0)
  • опыт в жизни юмор (6)
  • открытки разные (6)
  • полезно (119)
  • поэзия поэты (5759)
  • праздники православие (295)
  • Приметы (153)
  • природа (707)
  • притчи (268)
  • приятного аппетита (2)
  • проза (858)
  • психология (347)
  • разное (551)
  • личное (175)
  • рамки разные (310)
  • религия (78)
  • романсы (132)
  • романтика (44)
  • самоцветы (5)
  • Самые загадочные места на планете Земля (46)
  • сказки (110)
  • соусы маринады (4)
  • ссылки (689)
  • стихи разные (709)
  • страны путешествия (303)
  • страны чудеса света (15)
  • схемы оформления дневника (71)
  • тайное и неизведанное (70)
  • Танцы (46)
  • творчество роспись (12)
  • телевидение (2)
  • тесты (140)
  • уроки для дневника (163)
  • философия (43)
  • флеш-картинки (6)
  • фоны (0)
  • фотогенератор (6)
  • фэнтези (15)
  • цитаты (439)
  • юмор-юморина (460)

Музыка

Цитатник

Моему лучшему другу Сандро-Поздравление в День его Рождения! &nbs.

В зимний день рождения для Саши (Сандро5) стихи Ирины Самариной в подарок С днем рождения тебя, С.

Много красок и слов утекло с тех годов .. П.

Не исчезай .. Отцветший шиповник не зацветет, &nb.

.. где ты, мой хороший. .

Музыкальный плеер

Стена

Поиск по дневнику

Статистика

Осень выгоняет меня из парка. Бродский

Вторник, 11 Октября 2016 г. 16:29 + в цитатник

Россия — это мой дом,

я прожил в нем всю свою жизнь,

и всем, что имею за душой,

я обязан ей и ее народу.

выгоняет меня из парка,

сучит жидкую озимь

и плетется за мной по пятам,

шелудивым листом и,

оплетает меня по рукам

и портам паутиной дождя;

в небе прячется прялка

кисеи этой жалкой,

и там гром гремит,

как в руке пацана

пробежавшего палка по чугунным цветам.

Аполлон, отними у меня свою лиру,

оставь мне ограду

и внемли мне вельми благосклонно:

гармонию струн заменяю

неспособностью прутьев к разладу,

превращая твое до-ре-ми

в громовую руладу,

как хороший Перун.

Полно петь о любви,

пой об осени, старое горло!

Лишь она свой шатер

распростерла над тобою,

струя ледяные свои

бороздящие суглинок сверла,

пой же их и криви

лысым теменем их острия;

налетай и трави свою дичь,

надо только понимать,

что есть люди, которые лучше тебя.

Это очень облегчает жизнь.

Рубрики: поэзия поэты
избранное

Метки: Бродский о своей осени

Процитировано 2 раз
Понравилось: 10 пользователям

Источник

Стихи Бродского про осень

Иосиф Бродский — Осенний вечер в скромном городке: Стих

Осенний вечер в скромном городке,
Гордящемся присутствием на карте
(топограф был, наверное, в азарте
иль с дочкою судьи накоротке).

Уставшее от собственных причуд,
Пространство как бы скидывает бремя
величья, ограничиваясь тут
чертами Главной улицы; а Время
взирает с неким холодом в кости
на циферблат колониальной лавки,
в чьих недрах все, что мог произвести
наш мир: от телескопа до булавки.

Читайте также:  Осенние сапоги с шнурками

Здесь есть кино, салуны, за углом
одно кафе с опущенною шторой,
кирпичный банк с распластанным орлом
и церковь, о наличии которой
и ею расставляемых сетей,
когда б не рядом с почтой, позабыли.
И если б здесь не делали детей,
то пастор бы крестил автомобили.

Здесь буйствуют кузнечики в тиши.
В шесть вечера, как вследствии атомной
войны, уже не встретишь ни души.
Луна вплывает, вписываясь в темный
квадрат окна, что твой Экклезиаст.
Лишь изредка несущийся куда-то
шикарный бьюик фарами обдаст
фигуру Неизвестного Солдата.

Здесь снится вам не женщина в трико,
а собственный ваш адрес на конверте.
Здесь утром, видя скисшим молоко,
молочник узнает о вашей смерти.
Здесь можно жить, забыв про календарь,
глотать свой бром, не выходить наружу
и в зеркало глядеться, как фонарь
глядится в высыхающую лужу.

Иосиф Бродский — Осень хорошее время, если вы не ботаник: Стих

Осень — хорошее время, если вы не ботаник,
если ботвинник паркета ищет ничью ботинок:
у тротуара явно ее оттенок,
а дальше — деревья как руки, оставшиеся от денег.

В небе без птиц легко угадать победу
собственных слов типа «прости», «не буду»,
точно считавшееся чувством вины и модой
на темно-серое стало в конце погодой.

Все станет лучше, когда мелкий дождь зарядит,
потому что больше уже ничего не будет,
и еще позавидуют многие, сил избытком
пьяные, воспоминаньям и бывшим душевным пыткам.

Остановись, мгновенье, когда замирает рыба
в озерах, когда достает природа из гардероба
со вздохом мятую вещь и обводит оком
место, побитое молью, со штопкой окон.

Иосиф Бродский — Заморозки на почве и облысенье леса: Стих

Заморозки на почве и облысенье леса,
небо серое цвета кровельного железа.
Выходя во двор нечётного октября,
ёжась, число округляешь до «ох ты бля».
Ты не птица, чтоб улетать отсюда,
потому что как в поисках милой всю-то
ты проехал вселенную, дальше вроде
нет страницы податься в живой природе.
Зазимуем же тут, с чёрной обложкой рядом,
проницаемой стужей снаружи, отсюда — взглядом,
за бугром в чистом поле на штабель слов
пером кириллицы наколов.

Иосиф Бродский — Осень: Стих

Осень
выгоняет меня из парка,
сучит жидкую озимь
и плетется за мной по пятам,
ударяется оземь
шелудивым листом
и, как Парка,
оплетает меня по рукам и портам
паутиной дождя;
в небе прячется прялка
кисеи этой жалкой,
и там
гром гремит,
как в руке пацана пробежавшего палка
по чугунным цветам.

Аполлон, отними
у меня свою лиру, оставь мне ограду
и внемли мне вельми
благосклонно: гармонию струн
заменяю — прими —
неспособностью прутьев к разладу,
превращая твое до-ре-ми
в громовую руладу,
как хороший Перун.

Полно петь о любви,
пой об осени, старое горло!
Лишь она своей шатер распростерла
над тобою, струя
ледяные свои
бороздящие суглинок сверла,
пой же их и криви
лысым теменем их острия;
налетай и трави
свою дичь, оголтелая свора!
Я добыча твоя.

Иосиф Бродский — Ноябрьским днем: Стих

Ноябрьским днём, когда защищены
от ветра только голые деревья,
а всё необнажённое дрожит,
я медленно бреду вдоль колоннады
дворца, чьи стекла чествуют закат
и голубей, слетевшихся гурьбою
к заполненным окурками весам
слепой богини. Старые часы
показывают правильное время.
Вода бурлит, и облака над парком
не знают толком что им предпринять,
и пропускают по ошибке солнце.

Иосиф Бродский — Октябрь месяц грусти и простуд: Стих

Октябрь — месяц грусти и простуд,
а воробьи — пролетарьят пернатых —
захватывают в брошенных пенатах
скворечники, как Смольный институт.
И вороньё, конечно, тут как тут.

Читайте также:  Стиха некрасова славная осень

Хотя вообще для птичьего ума
понятья нет страшнее, чем зима,
куда сильней страшится перелёта
наш длинноносый северный Икар.
И потому пронзительное «карр!»
звучит для нас как песня патриота.

Иосиф Бродский — Осенний крик ястреба: Стих

Северозападный ветер его поднимает над
сизой, лиловой, пунцовой, алой
долиной Коннектикута. Он уже
не видит лакомый променад
курицы по двору обветшалой
фермы, суслика на меже.

На воздушном потоке распластанный, одинок,
все, что он видит — гряду покатых
холмов и серебро реки,
вьющейся точно живой клинок,
сталь в зазубринах перекатов,
схожие с бисером городки

Новой Англии. Упавшие до нуля
термометры — словно лары в нише;
стынут, обуздывая пожар
листьев, шпили церквей. Но для
ястреба, это не церкви. Выше
лучших помыслов прихожан,

он парит в голубом океане, сомкнувши клюв,
с прижатою к животу плюсною
— когти в кулак, точно пальцы рук —
чуя каждым пером поддув
снизу, сверкая в ответ глазною
ягодою, держа на Юг,

к Рио-Гранде, в дельту, в распаренную толпу
буков, прячущих в мощной пене
травы, чьи лезвия остры,
гнездо, разбитую скорлупу
в алую крапинку, запах, тени
брата или сестры.

Сердце, обросшее плотью, пухом, пером, крылом,
бьющееся с частотою дрожи,
точно ножницами сечет,
собственным движимое теплом,
осеннюю синеву, ее же
увеличивая за счет

еле видного глазу коричневого пятна,
точки, скользящей поверх вершины
ели; за счет пустоты в лице
ребенка, замершего у окна,
пары, вышедшей из машины,
женщины на крыльце.

Но восходящий поток его поднимает вверх
выше и выше. В подбрюшных перьях
щиплет холодом. Глядя вниз,
он видит, что горизонт померк,
он видит как бы тринадцать первых
штатов, он видит: из

труб поднимается дым. Но как раз число
труб подсказывает одинокой
птице, как поднялась она.
Эк куда меня занесло!
Он чувствует смешанную с тревогой
гордость. Перевернувшись на

крыло, он падает вниз. Но упругий слой
воздуха его возвращает в небо,
в бесцветную ледяную гладь.
В желтом зрачке возникает злой
блеск. То есть, помесь гнева
с ужасом. Он опять

низвергается. Но как стенка — мяч,
как падение грешника — снова в веру,
его выталкивает назад.
Его, который еще горяч!
В черт-те что. Все выше. В ионосферу.
В астрономически объективный ад

птиц, где отсутствует кислород,
где вместо проса — крупа далеких
звезд. Что для двуногих высь,
то для пернатых наоборот.
Не мозжечком, но в мешочках легких
он догадывается: не спастись.

И тогда он кричит. Из согнутого, как крюк,
клюва, похожий на визг эриний,
вырывается и летит вовне
механический, нестерпимый звук,
звук стали, впившейся в алюминий;
механический, ибо не

предназначенный ни для чьих ушей:
людских, срывающейся с березы
белки, тявкающей лисы,
маленьких полевых мышей;
так отливаться не могут слезы
никому. Только псы

задирают морды. Пронзительный, резкий крик
страшней, кошмарнее ре-диеза
алмаза, режущего стекло,
пересекает небо. И мир на миг
как бы вздрагивает от пореза.
Ибо там, наверху, тепло

обжигает пространство, как здесь, внизу,
обжигает черной оградой руку
без перчатки. Мы, восклицая «вон,
там!» видим вверху слезу
ястреба, плюс паутину, звуку
присущую, мелких волн,

разбегающихся по небосводу, где
нет эха, где пахнет апофеозом
звука, особенно в октябре.
И в кружеве этом, сродни звезде,
сверкая, скованная морозом,
инеем, в серебре,

опушившем перья, птица плывет в зенит,
в ультрамарин. Мы видим в бинокль отсюда
перл, сверкающую деталь.
Мы слышим: что-то вверху звенит,
как разбивающаяся посуда,
как фамильный хрусталь,

Читайте также:  Осень какая пора прилагательные

чьи осколки, однако, не ранят, но
тают в ладони. И на мгновенье
вновь различаешь кружки, глазки,
веер, радужное пятно,
многоточия, скобки, звенья,
колоски, волоски —

бывший привольный узор пера,
карту, ставшую горстью юрких
хлопьев, летящих на склон холма.
И, ловя их пальцами, детвора
выбегает на улицу в пестрых куртках
и кричит по-английски «Зима, зима!»

Источник

Анализ стихотворения Иосифа Бродского «Осень»

Если заходит речь о великих поэтах прошлого столетия, то невозможно не упомянуть Иосифа Бродского. Непростой жизненный путь наложил отпечаток на творчество. Многогранная личность, человек, поневоле освоивший множество профессий. Его взрослая жизнь началась после 7 класса. Пришлось много работать. Но он всегда знал, что литературное творчество интересует его больше всего на свете.

Сам он утверждал, что написал первое произведение в 18 лет. Но исследователи находили более ранние стихотворные зарисовки. Поэт критически оценивал себя и свой труд. Видимо, ранние работы полноценными стихами не считал.

Описывая свою поэзию, Иосиф Бродский говорил, что его «главный интерес – природа времени». Лирический герой – он сам. Беспокойный странник, поочередно раздраженный и удивленный, возмущенный и раскаявшийся, воинственный и смирившийся. Его поэтическая позиция наблюдателя и слушателя, а не участника и говорящего. Сами стихи обладают ярко выраженной музыкальностью.

Стихотворение «Осень» датировано 1970 – 1971 годами. Это был тяжелый период в биографии поэта. Его преследовали, печатались обличительные статьи, ощущалось давление. Еще на Родине, но уже изгнанник. Недавно родился сын от любимой женщины, с которой он не мог быть вместе. Все эти переживания, сомнения, муки души нашли отражение в стихах.

Работу сложно отнести к пейзажной лирике. Автор не делится картинами природы: красотой желтеющей листвы, пронзительными криками улетающих птиц, чистым и прозрачным воздухом, предвкушением перемен в погоде. Напротив, переданы чувства, внутренние противоречия, тоска, боль лирического героя, которым является сам рассказчик. Стихотворение можно отнести к натурфилософской лирике.

Повествование делится на три части – три катрена. В первом катрене читатель знакомиться с осенью, представленной мрачным живым существом. А сам рассказчик, в отличии от мастеров пейзажной лирики, на встречу с погодой не спешит. Наоборот пишет, что время года «выгоняет» его из парка. Становится понятно, что герой бывал в парке каждый день, но с первыми холодами прекратил прогулки. Описанный период угнетает повествователя, «оплетает по рукам и портам». Ему неприятен звук осеннего грома, будто шаловливый подросток проводит палкой по кованой ограде.

Третий катрен отличается от первых двух более мрачным настроем. Автору больше не хочется петь о любви, но и пейзаж не вызывает радости, а лишь гармонирует с внутренней тоской. «Ледяные струи» дождя передают холод на улице и в душе поэта.

Передать палитру эмоций автору помогают средства художественной выразительности. Эпитеты: «шелудивый лист», «чугунные цветы», «громовая рулада», «старое горло», «оголтелая свора». Метафоры: «паутина дождя», «гармония струн», «теменем острия», «суглинок сверла». Чтобы усилить мрачное торжество момента Бродский использует омофоны: «оземь» (устаревшее слово в значении удариться о землю) и «озимь» (поздние посевы, зимующие под снегом).

Заканчивается стихотворение горькой фразой: «Я добыча твоя». Герой чувствует обреченность, смиряясь с собственной участью, повинуясь природе и событиям жизни.

Иосиф Александрович и ранее обращался к этой теме в произведениях: «Осенний крик ястреба», «Октябрьская песня», «1 сентября 1939 года», «осень в Норенской», «Осенний вечер в скромном городке». Но описанное стихотворение самое горькое, торжественно печальное. В нем сквозит обреченность, смирение с собственной тяжелой судьбой. После прочтения остаются противоречивые эмоции: восторг, грусть, тревога.

Источник

Adblock
detector